• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
23:30 

"Дневник страданий по Честеру Беннингтону".

Какой-то знакомый его что-то где-то там сказал, что, конечно же, самоубийство Честера не вызвано самоубийством его друга двумя месяцами ранее, мол, вы чего, сорокалетний мужик в день рождения друга говорит "скоро увидимся, __имярёк___" и наматывает петлю на шею? Это же несерьёзно.

Но он не суицидолог.

Всё-таки даже я теперь уже не думаю так категорично, что самоубийство точно не моё.

Мне кажется, что самоубийство другого важного для тебя человека или просто знакомого тебе человека - оно как-то оборачивает вокруг себя реальность, заставляет всё время возвращаться и возвращаться к себе твоим мыслям. Ты начинаешь думать и думать об этом, сперва одним образом, потом - по-другому...

Как мне жаль, что не случилось полюбить его пока он ещё был жив. Теперь каждое узнавание и каждая приятная эмоция, связанная с его голосом, с их музыкой, с тем, как он выглядит, когда поёт, сопровождается болью и есть в этом что-то нездоровое, но я знаю, что буду узнавать его ещё. Только не сейчас. Сейчас я нарочно ограничила себя в этом, чтобы не затянуло в омут. Боль не так пугает меня. Знаете, боль за другого человека - это как изначальные эмоции, они пусть и болезненны, но ощущаются, как чистые. Они не так мучительны.

Так что я боюсь не душевной боли, сопровождающей все эти мысли, я боюсь ангедонии и утраты желания жить, которые наступают мне на пятки, когда я увлекаюсь мыслями о болезненности такого бытия - бытия, где человек, который несомненно лучше - смелее, честнее, добрее меня - не смог существовать.

Ну а пока я запоем читаю "основы суицидологии" некоего В.С. Ефремова, работу, написанную языком непростым и с довольно частыми повторами, которые я никогда не могу понять в научных текстах: если ты написал это один раз, всё, мы уже поняли. Зачем повторять потом, перефразировав, ещё раз, а потом и ещё, потому что к слову пришлось. Боже мой.

Если бы не примеры из реальной жизни и даже из литературных произведений, я бы поставила этой публикации 3 из пяти, но примеры её оживили. Запомните, люди, кто пишет учебники и что-то в этом роде. Примеры из жизни и ещё раз примеры из жизни - вот что может оживить вашу публикацию!

05:24 

Добивают сны. Контролировать свои мысли и своё медиа-пространство я могу, но контролировать сны - нет. Они снятся яркие, прекрасные, уютные, наполненные эмоциями, событиями и людьми. После такого вставать в свою унылую одинокую жизнь свыше моих сил. Вот я и лежу, закручиваясь в одеяло по десять раз, стараясь выкрутиться так, чтобы сбежать от реальности. Вы понимаете, что не выходит.

Мне кажется, есть люди, способные на самоубийство, а есть нет. Я из вторых. Я очень пассивна и все беды переживаю пассивно. Если мне будет очень плохо, то я отползу в сторонку и буду дремать или просто валяться. Очень плохо - закутаться в одеяло и забыться. Если спать уже противно, забыться в чём-нибудь другом. Бедный человек.

19:26 

Погружённость в чужую жизнь - это тяжело. Погружённость в жизнь, быт и условия умершего Честера Беннингтона в своих фантазиях - потом тяжело отходить, как после запоя. Непонятно, что я тут вообще делаю. Разум быстро привыкает, если постоянно думаешь об одном и том же, привыкает и дальше думать об этом.

Ощущение невозможности радоваться. Сон. Осенние листья после лечения зубов холодно быстро пошла домой. Осень пролетает мимо меня.

Много, много, много чужих фоток, чужих историй. Полезные и красивые фото и аккаунты в инстаграмме, куча чужой информации, а от себя самой - тошно.

Под конец смотрела фотки Земфиры. Много, много. Воля, упорность, действие, как она привлекательна.
Сравниваю с собой - а я что? сидящая на шее у родителей и хнычущая амёба.

Смелости нет во мне. Мне очень страшно. Я боюсь всего.

Захотелось после этого побыть с собой. Посмотреть хоть на себя. Ощутить себя. Сразу, как оказываешься с собой наедине, без мыслей о других людях, сразу возникают и потребности - помыть голову, расчесаться. А так я как будто не здесь, зачем мне всё это.

Очень много информации. Надо от этого уходить. Надо, очень-очень надо.
Я буду стараться.

06:54 

Мысль о том, что мне стоит переключиться с этой тропы на другую.
Просыпаться с музыкой Линкин Парк в голове, с нежеланием отнимать голову от подушки, потому что на подушке - тёмный, тёплый и спокойный, как мох, мир и живые как мох сны, а вне её - реальность, где этот человек умер, умер, умер ужасно и навсегда.

С нежеланием делать что-либо, с нежеланием жить.

20:16 

Практически незнакомые мне песни, каждую из которых слышать больно, и, наверное, чем даже позитивнее что-то звучит, тем больнее. И я не могу остановиться, хотя нужно спать, нет, я не хочу выключать и оставаться одной в тишине. Что-то похожее чувствовала и когда пришла на место своего дома и увидела, что уже и обгоревших остатков сруба не осталось, всё снесли. Стояла возле берёзы на углу и ревела, и не хотела уходить. Пора уже было, иначе не уехать оттуда. А я не хотела. Просто пока я тут стою, он вроде как рядом, хотя именно здесь я как раз вижу, что его нет. Хотя я только что впервые увидела, что его больше нет. Но именно здесь я ближе всего к нему. Вот. Он здесь, только здесь.

Так же и музыка. Пока слышишь, вроде как будто бы этот человек ещё жив. Смотрела фотки. "Это сон, это всё сон. Такого не могло произойти". Как же больно должно быть людям, которые его знали. Как же неизбывно больно. Мне кажется, всегда больнее тем, кто знали самоубийц, чем если человек просто умер.

Я знаю, что это просто помешательство, потому что я так давно не видела людей, а мне всё время нужно быть в кого-то влюблённой. Люди-символы, люди-медиа-продукты. Вот тебе и смерть-медиа-продукт. Слушай музыку, наслаждайся эмоциями, переживай. Господи боже мой.

Это от того, что я так боюсь остаться одна. Серая пустота пугает меня.

Аарон Хомоки как один полюс американской мечты, счастливчик, любимый своей счастливой семьёй. Lucky. И Честер Беннингтон.
Начинаю любить Америку.
Господи боже мой. Я люблю всех и всё. Хочется жить. Хочется жить. Почему же всё не получается? Страх. Я слабый человек. Я хуже чем тот, кто выбирает умереть.

Окей, последняя песня - та, что была в сумерках - и хватит. Пойду, наконец, спать.

17:51 

Господи как больно.

17:49 

И я понимаю, что не надо этого делать, что это затягивает меня. Не надо тебе слушать их музыку, его голос, не надо тебе плакать над трупом, детка. Он уже умер. Ты пытаешься убежать, тебе так уютно думать о человеке, которому было безумно больно. Безумно плохо. Но он умер, детка. Ты пытаешься сбежать от своей боли в его боль. Он умер, он не разделит с тобой твою боль, детка. Она только твоя. И никто не разделит. Никто живой тоже. Не убегай. Побудь с собой наедине. Это всё только твоё.
Можно я погорюю над его горем вместо своего?

Но я всё равно сейчас пойду и буду слушать эти песни, которые, на самом-то деле, совершенно не моё. Заливаться крокодильими слезами и хвататься за середину груди, там, где больно. Хоть бейся головой об стену, тот, кто лучше многих живущих, уже умер. Больно.

17:42 

Не так давно это случилось, умер Честер Беннингтон. Я не знала о нём ничего, только слышала название группы, Linkin Park и представляла себе слегка, на что похожа музыка - что-то, очевидно, кричащее, меня это совершенно не интересовало. Вот в первый день после его смерти в дневниках и ещё где-то в интернете стали появляться сообщения о том, что умер солист Линкин Парк. Повесился. Я уже не помню, скорей всего, конечно, погуглила. Кто это вообще. Все подробности: семья, дети, музыка, пропустила мимо ушей. Послушала, кажется, даже песню какую-нибудь на Яндекс-музыке или В контакте. Ничего примечательного, да, где-то слышала такое. Конечно слышала, дочка, ещё бы ты не слышала его нигде.

Потом уже у мамы на кипре, сидя там одна и пребывая почти полностью в интернете, снова наткнулась на чей-то пост. Девочки с чёрным дневником и очень красивыми мрачными чёрно-белыми фотками. Про то, что так многих его музыка уберегла от конца, а его самого не уберегла. Про то, что страшно представить, как ему было плохо. Ещё кто-то писал о химии, о том, что химия твоего мозга говорит тебе "надо повеситься", и никакие аргументы на тему "я же богат", "я же успешен", "у меня же шестеро детей" не действуют. Мимо.

Я почитала ещё про него немного. Наткнулась на статьи о том, что он страдал депрессией и что пережил насилие в детстве. Что долго пытался справиться с этим и научиться с этим жить, и в итоге не смог.

Конечно, за мой разум это зацепилось. Насилие в детстве. У него сексуальное. У меня не совсем. Боль, боль, боль. Ты пытаешься жить как нормальный человек. Десять лет, двадцать лет пытаешься. Однажды очередной раз становится невыносимо. В тебе уже ничего не остаётся.

И вот теперь я догнала. Позавчера, вчера? Когда это произошло? Уже несколько месяцев как живу на степановке, что-то вроде того, что пытаюсь готовиться к экзамену. Я что-то не припомню, ведь что-то должно было послужить толчком к тому, чтобы снова пересмотреть его фотки, прослушать записи. Случайно встреченная в сети информация или собственные мысли, я уже не помню. И я догнала. Я прониклась. Меня затопило болью. Не скажу что влюбилась, ещё даже не успела начать узнавать музыку. Но голос уже расслышала. И в фотографиях рассмотрела это. То, что там есть боль.

Невыносимо больно думать о том, что эта история борьбы, упорной, человека, который пережил насилие, но не стал насильником, и такая красивая история. Известность, счастливый брак, куча детей... невыносимо больно от того, что она оборвалась. Вдруг оказалось, что конец плохой. Очень очень очень очень плохой.

Бежать бы, схватить бы, вытащить бы ещё из лап смерти, но всё уже закончилось. Честер Беннингтон уже умер, детка. Ничто не помогло. Всё уже закончилось, а ты только узнаёшь. Только начинаешь любить. Так безумно жаль. Его насильник тоже, может быть, пережил насилие. И продолжил его, и живёт себе. Как и мой отец.

21:19 

# 3.

Выучила эти 10 предложений.

Без ковыряния прыщей не обошлось.

Без заглядывания в инстаграм тоже. Аарон Джоус Хомоки с его сторис — для меня это каждый раз удар под дых, такой классный человек с такой классной жизнью (я пишу как мне кажется, разумеется) и по контрасту я, гниющее в яме дерьмо.

Я люблю себя. Так надо. Я люблю себя и хочу сделать так, чтобы всё это превратилось во что-то лучшее, пока ещё отпущено пожить.

А теперь пойду спать, нет ещё и пяти утра, хоть бы заснуть. Иначе возьму книгу, какую-нибудь Марину Цветаеву и буду учитываться ею до засыпания. Таков план.

20:08 

# 2. Пытаюсь организовать себя. В процессе делаю записи (блядь, как нудно)

Короче, я сейчас просто вообще всё отложу и просто тупо, не отрываясь ни на что, выучу 10 предложений. Когда напишу их без ошибок, то вернусь сюда и свидетельствую, получилось ли.

Какая-то херня получается, честно говоря, ну а чего я ждала. Это же я. Что, ждала, что сделаю серую стеночку и стильную серую аватарочку - и стану не собой?

Писать надо с любовью. Иначе твоя тошнота будет хорошо видна и читателям будет противно читать. Я не уверена, что здесь будут какие-то читатели эвер, но да, какой смысл писать без любви к тексту?

Как бы противно мне ни было, я сейчас сделаю себе чуть-чуть лучше, и станет чуть-чуть лучше. Окей, предложения выучу - вернусь, напишу сюда. До встречи!

20:00 

# 1

Я должна сейчас взять себя в руки и начать делать хоть что-то.

Что-то полезное для меня.

Так дальше уже правда нельзя.

19:36 

Приветственный пост, хотя нахуй оно надо, неужели прям хоть один человек сюда зайдёт?

Кароч, братки. У меня уже есть один дневник, где я веду себя насколько могу (а я могу!) корректно, вежливо, мило...
Здесь этого не будет.

Не то, чтобы прямо "надоела мне эта хуета", не, там всё норм. Просто резко и внезапно захотелось заиметь пространство для того, чтобы писать о дерьмовой своей жизни в тех словах, в которых я о ней думаю, а это включает в себя нецензурную лексику.

Блядь, и тут не могу писать просто, какая-то интеллектуальщина лезет (это я себе льщу).

Ну в целом я просто хотела предупредить, что буду здесь материться.

Бля, пишу какую-то херню.

Ладно, пусть так.

Дневник, который задумывался как матершинный, но что-то пошло не так

главная